Человек борющийся со своим разумом обречен на поражение. Мысли шире чем то, каким ты можешь сделать свои представления, воплатить в насущное ментальные поиски.
Я не могу понять Вселенной, мои представления ограничиваются определенными порогами. Можно только представить что такое черная дыра, белый карлик или темная материя. И как бы не рисовали это ученые, понять это нельзя. Ты выпиваешь утром кофе – и это то, что ты можешь понять.
Я не могу понять войну. Войны были всегда. Кажется, по нелюбимой мной книге, войну начал Каин. Вторая мировая, наиболее кровопролитная из всех что были. Война, память о которой сравнивают с землей, идеализируют кого то или что то, делают героями одних и забывают навеки имена и события решавшие быть или не быть. Тысячи, десятки, сотни тысяч, миллионы ! идущие в атаку храбрецы, лучшее что может быть у страны. Падающие на полях, умирающие в госпиталях или при внезапной бомбежке подобно уничтожению Дрездена, умирающие на улице от голода или замучные в плену, каждый из них герой хотя бы потому, что он был там.
Я не могу понять человека. Он обречен на одиночество, потому что никто никогда его не поймет. Все кто будут с ним, могут только пытыться понять его и искать общие точки соприкосновения. Те же, кто будет с ним близок по жизни, вынуждены втихую ненавидить его недостатки. Любить свои и ненавидеть чужие. Эти доминошки падают, падают, падают... От человека на человека. Мы ненавидим.
Я не могу мечтать. Я мечтал только в раннем детстве, глядя на облака и лежа на опушке. Тогда пахло земляникой. Я мечтал что мир создан для меня, а не я для мира. И пусть у меня не было ничего, у меня тогда было все. Мечты – самое глупое занятие. Само это слово придумали мне кажется поэты или онанисты. Больше ни для чего мечты непригодны.
Скучать по ушедшему, неизбежная черта человека. Это идет от того что человек боится будущего, поскольку оно неясно. Ему только и остается что жалеть о том что он имел, ведь там нет неясности. Случайно отформатировав жесткий диск я кинулся восстанавливать прошлое, пока не понял что мне там не нужно ничего. Моя память лучше любого накопителя и когда мне что то понадобится – поиск не займет много времени... если понадобится.
Люди консервативны, они как бродяги таскают с собой кучу хлама. Но для тех это средство выживания, а для цивилов это подушка под задницу. Им вроде от этого легче, хотя что с этим делать они не знают.
Дельфийский оракул признал нищего асоциального Сократа самым мудрым из людей. Учитель Платона не следил за собой и никаких записей не оставил потому что был неграмотным. Но он и сам считал себя самым умным из людей, именно потому что понимая ничтожность своих знаний и суждений говорил: «Я знаю что я ничего не знаю». Тех же, кто бахвалились своим умом он спокойно выслушивал. Но когда ему хотелось, он ставил их в тупик несколькими вопросами.
Мы все умны? Мы глупы и невежествены.
Мысли несутся словно поезд мимо тебя, и только отдельные черты их ясно видны